Поиск по этому блогу

Арабы Гуш Халава учат арамейский язык и за МЕРЕЦ больше не голосуют



Однажды среди ночи Джамаль Саад разбудил свою жену Зийну: «Знаешь, что я придумал?»

«Что?» - спросила полусонная Зийна.

«Построю гостевые домики, а ты станешь их хозяйкой».

«Смеешься!»  

Несмотря на скептицизм супруги, на другое утро Джамаль, инженер-строитель, выпускник  архитектурного факультета Хайфского Техниона, поехал за стройматериалами.


- И сколько же времени продолжалось строительство? – спрашиваю я Зийну.

- Месяц. Было это в 2000 году.

- Много ли путешественников приезжает в Гуш Халав?

- Очень много, - говорит Зийна. – Большинство – жители Тель-Авива.

Зийна, ее брат Акрам и племянник Амир - санитар цфатской больницы "Зив"

Немного истории

На арабском языке Гуш Халав, живописнейшая деревня, разноцветные дома которой «стекают» по северо-восточному склону горы Мерон, называется Джиш. В восьми  километрах отсюда раскинулся Цфат – всемирный центр каббалы.


Крепость Гуш Халав упоминается в «Мишне» как «город времен Иегушуа Бин Нуна, окруженный стенами». Автор «Иудейских войн» Иосиф Флавий писал, что здесь производили отборные сорта оливкового масла. Согласно Талмуду, жители Гуш Халава занимались производством шелка.

В период первого восстания против римлян (66 – 73 год н.э.) крепость Гуш-Халав осталась последним еврейским поселением в Галилее и на Голанских высотах. Гамла пала, а Гуш-Халав все еще держался.

Йоханан, легендарный защитник Галилеи, укрепил городские стены, но тысячному римскому воинству удалось преодолеть эту преграду. Иосиф Флавий подробно описал, с какой нечеловеческой жестокостью римляне вырезали жителей Гуш-Халава - кровь окрасила воды Тибериатского моря.

До наших дней дошли обнаруженные археологами руины синагоги, построенной в 250 году до новой эры и просуществовавшей до 480 года н.э.


В 2010 году Гуш Халав соединили с мошавом Дальтон 2500-метровой велосипедной и пешеходной дорожкой. С мини-трассы, сооруженной на высоте 850 метров над уровнем моря, открывается потрясающий вид на озеро Дальтон. В нем собирается дождевая вода, которую используют для нужд сельского хозяйства.

Впрочем, особую известность Гуш Халав получил благодаря тому, что живущие здесь марониты (не путать с самаритянами!) решили возродить арамейский язык и начать на нем говорить точь-в-точь так же, как возродил в свое время иврит Бен-Иегуда. В 2011 году министерство образования утвердило программу преподавания арамейского языка в начальных классах местной школы.

Современный Гуш Халав - это экзотика, настоянная на эклектике. Роскошные виллы соседствуют с убогими хибарами. Католический собор «Бутрус» возведен на развалинах древней синагоги. Неподалеку – мечеть. В двухстах-трехстах метрах от нее высится причудливое строение маронитской церкви, купол которой, впрочем, изрядно смахивает на минарет.


Столь же разномастно и население Джиша – Гуш Халава: 55% составляют христиане-марониты, 35 – греко-православные арабы и 10% - мусульмане.

В меньшинстве, но не в обиде

Семейство Саад относится к подавляющему меньшинству, но ни Джамаля, ни Зийну, ни пятерых детей этот факт нисколько не смущает. Зохар, старший сын Саадов, третий год служит в элитной дивизии «Голани» («Мечтает стать офицером», - уточняет отец). 17-летняя Даяна заканчивает учебу в школе. 13-летний Лиран помогает матери с уборкой циммеров и приготовлением обедов для постояльцев. 7-летняя Лиан часами просиживает за компьютером.


- А младшей дочери мы дали имя Шанель, - указывает Зийна на стеснительную  малышку двух с половиной лет. – Надеюсь, когда вырастет, Шанель станет известным модельером.


- В Гуш Халаве высок процент жителей, получивших высшее образование, - рассказывает 49-летний Джамаль Саад. – В этом отношении нашей деревне в Галилее нет равных: многие стали инженерами, аудиторами, учителями.

Один из братьев Джамаля - Самер Саад занимает должность инженера местного совета, другой - 36-летний Амир защитил в университете Бар-Илан вторую степень по криминологии, а до того получил диплом социального работника.

- Амир – директор хостеля в Кармиэле, - говорит Джамаль. - По совместительству работает в юридическом отделе городской больницы в Нагарии и преподает в Цфате каратэ. Призер чемпионата мира в Италии – несколько лет назад завоевал второе место.

Шинхаз, сестра Джамаля, – выпускница университета Бар-Илан, преподает в школе иврит и английский язык. Другая сестра Афнан окончила факультет общественных наук Бар-Иланского университета, пару лет преподавала в местной школе иврит, но после замужества и рождения двух детей переориентировалась на частный бизнес: открыла в Сахнине магазин модной одежды. Что же касается одного из племянников Джамаля – Рафада Саада, то он – воин-резервист, шесть лет назад демобилизовался из ЦАХАЛа. Служил в дивизии «Голани».

- Каждый, кто хоть однажды побывал в нашей деревне, непременно сюда возвращается, - говорит Зийна Саад. - Чаще всего к нам на отдых приезжают жители Тель-Авива.


- Хотите увидеть Гуш Халав во всей красе? – спрашивает Акрам Хурани, брат Зийны. – Давайте поднимемся на крышу.

Лестница трехэтажного дома перилами не обнесена. На площадке второго этажа жарко: жена Амира печет ароматные лепешки.

Акрам Хурани живет в галилейской деревне Махер. 30 лет проработал садовником в Бахайских садах в Хайфе. В последний год сидит на пособии по безработице: повредил позвоночник в результате производственной травмы. 

- Осторожно, не оступитесь, - предупреждает Акрам.

С крыши открывается головокружительная панорама.


- Ну как?

- Потрясающе! Где находится мусульманский квартал, а где – христианский? – спрашиваю я Акрама.

- Никакого деления на кварталы в Гуш Халаве нет, - смеется он. – Все здесь  смешано и перепутано: в этой деревне никто ни с кем не враждует. Что уж говорить о евреях – вы всегда желанные гости!.. Лично я с гордостью называю себя израильтянином: ни в одной из арабских стран не достигли такого уровня жизни, как у нас. Я тоже отслужил в армии, участвовал в резервистских сборах. К сожалению, после травмы работать я не в состоянии, а у нас с женой четверо детей – их нужно содержать. Вот государство меня и поддерживает – платит пособие.

- В чем, по-вашему, преимущество Израиля над арабскими странами региона?

- Когда я болею – мне оплачивают больничный. Если меня увольняют с работы – государство обеспечивает меня пособием по безработице. Состарюсь – получу пособие от Института национального страхования. В Израиле мы живем по-людски: никто не голодает, даже те, кто с трудом сводит концы с концами. У каждого есть крыша над головой, большинство ездит на машинах. Ничего подобного нет в соседних странах. В Иордании, например, бедняки не имеют медицинской страховки. Если ты богат, значит – тебе окажут медицинскую помощь, уложат в больницу. А нет денег – умрешь на улице, как собака, государство не протянет тебе руку помощи. Нигде арабам не живется так  благополучно, как в Израиле. И если кто-то утверждает, что это не так, – он лжет. Что же касается меня… Мне легче найти общий язык с евреями, чем кое с кем из «своих».

Солнце стремительно закатилось за вершину холма – резко похолодало.

- Снег у нас растаял несколько дней назад, - объясняет Акрам. – Каждую зиму деревня утопает в снегу. Многие жители Тель-Авива, Ришона, Нетании  специально приезжают сюда с детьми, чтобы малыши впервые в жизни поиграли в снежки.

- Далеко ли отсюда Хермон?

- Не очень, но на Хермоне ты теряешься в толпе, а здесь чувствуешь себя, как в Европе: не нужно стоять в очереди, чтобы прокатить ребенка на санках.

На крыше зябко, но уходить не хочется: когда еще доведется снять такие красоты.


- Какие фрукты выращивают в Гуш Халаве?

-  Замечательные яблоки, груши… Сладкий, как мед, инжир, - перечисляет мой собеседник. – Многие соседи сестры высадили картофель особого сорта.

- Насколько я помню (впервые побывала в Гуш Халаве лет десять назад), здесь немало могил еврейских праведников…

- Естественно: в восьми километрах отсюда - Цфат. Кстати, вы бывали в черкесской деревне Рихания?

- Конечно.

- Наши соседи! – говорит Акрам. – Замечательные люди, многие – офицеры ЦАХАЛа.

Очевидное - невероятное

Спускаемся в дом – и вдруг!.. Только сейчас я разглядела громадный плакат, вывешенный на балконе.


- А что удивительного? – недоумевает Акрам. – Наша «хамула» проголосовала за правящий блок «Ликуд – НДИ». Были времена, когда арабы Галилеи голосовали за арабские партии, но их лидеры, к сожалению, нас разочаровали: никого из арабских депутатов не заботят наши повседневные житейские нужды и проблемы – их занимает только проблема палестинцев. На благополучие своего электората им плевать. МЕРЕЦ и «Авода» тоже много лет уговаривают голосовать за них, но своих предвыборных обещаний не выполняют.

- Я много лет дружу с репатриантами из России – помог одному врачу устроиться по специальности, другого уговорил переквалифицироваться в Израиле на медбрата, - рассказывает Джамаль Саад. - С «русскими» легко найти общий язык: наши сыновья вместе служат в армии, стремятся получить высшее образование. В большинстве выходцы из России - интеллигентные люди. Я люблю «русских», поэтому не только проголосовал на выборах за «Ликуд – НДИ», но убедил многих соседей и знакомых поступить точно так же. Знаете, сколько голосов отдали за правящий блок в деревне Раджар?

- Сколько?

- 447! Я этим горжусь.

Вечереет. На обратном пути из Гуш Халава (Цфат сияет на соседнем холме волшебными огнями) я думаю о стереотипах. Стыкуются ли они с действительностью?.. Иногда - да. Часто - нет. И уж особое везение (с профессиональной точки зрения) - случайно набрести на из ряда вон выходящий факт.  


from Израиль: лица и факты http://israelfacesplaces.blogspot.com/2013/01/blog-post_28.html

Ads